Журнал ® JOURNAL

Слово от редактораВзлётная полосаКлассики о классикеЛаборатория творечества

Маленькие секреты большой отрасли

Настроение

С миру по нитке

Я - зычество 

ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ «ОТКРЫТИЕ»

Директор Международного Агентства «Аппарель Текстиль» Анжелика Безродная рассказала о том, как родилась идея создать выставку – профессиональный салон тканей и фурнитуры «Открытие»:

 

- Наше агентство существует пятнадцать лет, работает с европейскими фабриками-производителями тканей и фурнитуры. Представляем интересы порядка десяти фабрик, в основном из Италии, две из Испании и одна из Сербии на территории русскоязычного пространства.

Регулярно участвуем в   международных текстильных выставках, организуем свои салоны.

Возвращаясь после работы такого салона в Риге, я думала о ситуации в Петербурге. Когда-то здесь работали  сильные предприятия, потом ситуация изменилась.

Сейчас в городе много молодёжи создаёт свои марки, я их не вижу, и они меня не знают - надо как-то друг друга найти.

Решила сначала сделать свой салон, потом подумала, если мы объединимся с другими агентствами, то сможем привлечь больше внимания и посетителей.

Идея развилась в выставку, появилось желание сделать её эффективной и регулярной.

 

Пигмалион:

- Можно сравнить Ригу и Петербург с точки зрения моды, текстиля, ткани?

 

Анжелика Безродная:

- Латвийская одежда, рижский трикотаж ещё с советских времён были у нас очень популярными и востребованными, но рост курса евро  и новые тенденции в моде сделали их менее конкурентоспособными.

Здесь выросло новое поколение – смелые, грамотные, знают с чего начать и где взять капитал, берутся за дело.

В этом Петербург и Рига похожи.

У рижских брендов есть преимущество – они находятся в составе Евросоюза, им легко выходить на европейские выставки, они получают субсидии, им не препятствуют таможенные барьеры.

Одна из марок «Paade Mode» родилась буквально на наших руках.

Шесть-семь лет назад на нашу презентацию в Риге пришла девушка, банковский служащий. Она решила делать детскую одежду.

Ей понравилась наша коллекция тканей, она начала с ней работать.

Теперь из сезона в сезон Paade Mode участвует в Playtime Paris, в Pitti Bimbo во Флоренции, получает призы на Riga Fashion Week, продаёт по всему миру, в ОАЭ, Японии.

 

Пигмалион:

- Есть разница между коллекциями ткани для Прибалтики и Петербурга?

 

Анжелика Безродная:

- В основном, в объемах продаж. Рынки Эстонии, Латвии, Литвы  небольшие, локальные.

Бренды не производят большие партии одежды.

Есть своя специфика и в дизайне. В Литве, например, предпочитают натуральные, тихие, мягкие цвета, все оттенки серого, бежевую гамму.

 

Пигмалион:

- Что изменилось в современной технологии изготовления тканей?

 

Анжелика Безродная:

- Тенденция к пластичности, растяжимости, комфортности.

От сухих жёстких хлопков к тому, что мягко и приятно носить.

Очень большое значение имеет  трикотаж.

Появились лёгкость, прозрачность, невесомость, воздушность, блеск.

На форумах  Premiere Vision Paris возникает ощущение, что это процесс создания не просто ткани, а произведения искусства - с точки зрения технологий, инноваций.

Соединяют несколько тканей между собой, подрезают волокна, сочетают несочетаемое. Очень красиво.

 

Пигмалион:

- Производители ткани согласовывают с Вами свои действия?

 

Анжелика Безродная:

- Конечно. Представительство фабрики здесь - это необходимое условие успеха на рынке.

Мы знаем потребности клиентов, их стилистику, региональные особенности.

Можем дать рекомендации как в отношении самих тканей, так и в ведении бизнеса в России, решаем спорные вопросы.

 

 Пигмалион:

- Какие ткани выбирают молодые?

 

Анжелика Безродная:

- Сложные. Интересные переплетения, финишные отделки. Многомерность, технологичные варианты.

Синтетика? Не важно! Важен эмоциональный посыл.

 

Пигмалион:

- По какому принципу были отобраны участники выставки?

 

Анжелика Безродная:

- Салон профессиональный, здесь нет случайных людей, только компании, все говорим на одном языке, и все друг друга понимают.

Из наших поставщиков кто-то согласился сразу, некоторые сомневались.  Я выставила разные коллекции для ассортимента, чтобы показать большее разнообразие.

Пригласила участвовать и конкурентов.

У нас всех одна цель, чтобы отечественные предприятия могли создавать конкурентоспособный продукт, чтобы у них были хорошие продажи.

Тогда они обязательно вернутся к нам за новыми коллекциями.

Если производитель  вынужден покупать ткани со стоков, азиатского происхождения или недорогие и несовременные, он не создаст актуальный продукт, этот продукт не будет продаваться, производители  не будут зарабатывать, не будут развиваться. У модной индустрии города не будет шансов. Правильный выбор сырья имеет первостепенное значение для отрасли.

Я вижу, что эта выставка нужна обществу, и коллегам. Мы будем   делать ее два раза в год, как открытие каждого сезона!

 

Пигмалион:

- Как Вы оказались в текстильном бизнесе?

 

Анжелика Безродная:

- Меня привёл в эту профессию Сальвадор Альберт Креспо (Salvador Albert Crespo), экспорт-менеджер одной из компаний, с которой я до сих пор работаю. Теперь он на пенсии. Он тонко чувствовал людей, и если в начинающем видел искреннее желание, талант, то во всем поддерживал и был совершенно прав. Он любил ткани и свою работу.

Я тогда ничего не знала о текстиле. Он всему меня научил.

Как этот рынок работает, как вести себя с клиентами, с производителями.

Он всегда помогал мне оформить и закрыть стенд, последним уезжал, чтобы всё собрать и отправить. Мой  Дон Кихот, большой друг и наставник, я многим ему обязана.

 

 Пигмалион:

- Какие качества нужны для этой работы?

 

Анжелика Безродная:

- Страсть к тому, что делаешь. Работа с тканью - это медитативный процесс. Погружаешься в комбинации цветов и тему, ощущаешь разные фактуры, понимаешь  художника, создавшего этот материал, находишься на его волне. Можешь увидеть будущую модель, с чем она должна сочетаться и что ещё нужно добавить.

Когда впервые показываю коллекцию клиенту, он ещё не ориентируются в ней.

Я могу подсказать: «Эта ткань будет  сочетаться вот с той  из другой коллекции».

Потом складываем вместе, и дизайнер говорит: «Отличное решение, как легко работать!».

В таких случаях ткань вдохновляет, капсула рождается прямо на глазах, в течение встречи. Люблю работать с талантливыми дизайнерами, у которых есть видение, понимание того, что им нужно сейчас.

Для работы в агентстве нужны и другие качества, навыки и знания.

От умения концентрироваться, до физической выносливости и моральной устойчивости. Это очень интенсивная работа с людьми.

Я обрабатываю по 200 писем в день. Каждые 2-5 минут приходит новое письмо. Необходимо высокое чувство ответственности, ведь мы работаем на стыке двух производственных предприятий, когда любая ошибка или промедление может стоить значительных средств.

 

Пигмалион:

- Изменилось Ваше восприятие жизни через ткань?

 

Анжелика Безродная:

- Теперь я могу думать и мечтать цветом, чувствовать фактурами.

Недавно ходила в Михайловский театр на «Евгения Онегина» с режиссурой Андрия Жолдак.

Очень контрастная постановка, только чёрное и белое. Смотришь сквозь  призму цвета, его блеск или матовость.

Режиссёр закодировал смыслы в цвете и его фактурах. Он использовал и отсутствие цвета - прозрачный холодный лед, например.

 

Пигмалион:

- Мы получаем самое свежее, самое новое, то, что получает весь мир?

 

Анжелика Безродная:

- Абсолютно то же самое, и даже раньше, когда коллекции ещё не были показаны в Париже и в Милане. Мы получаем коллекции еще до премьеры  в Европе.

 

Пигмалион:

- Чем пахнут свежие ткани?

 

Анжелика Безродная:

- Очень интересный вопрос, они действительно пахнут, но я никогда не фиксировала внимание на этом… Может быть, это запах нового сезона.

 

Пигмалион:

- Можно понять, какая ткань будет фаворитом, какая аутсайдером?

 

Анжелика Безродная:

- У нас плохо продаётся пестрый жаккард, броские и вычурные ткани.

Чем спокойнее, интеллигентнее, тем лучше. И чем «вкуснее» сочетание цветов и  сильнее художественный эффект, тем лучше спрос.

 

Пигмалион:

- Вы видели процесс создания ткани от эскиза до производства?

 

Анжелика Безродная:

- Я бывала на ткацких, трикотажных, красильных предприятиях, видела как наносятся принты, делаются финишные обработки. Это моя главная школа. Когда знаешь, как создаётся продукт, можешь объяснить  многое и себе, и своим клиентам.

 

Пигмалион:

- Какой фразой Вы бы завербовали новобранца?

 

Анжелика Безродная:

- У меня была учительница итальянского, мы занимались  в шоу-руме агентства.

Вокруг нас были развешаны ткани. Через несколько уроков Надежда от итальянского языка перешла на сторону итальянских тканей. Теперь мы работаем вместе.

Не надо ничего говорить, чтобы «завербовать».

Ткани делают это сами. 

© Пигмалион, 2018 год

 

 

МОРСКОЙ  ГРЕБЕШОК ОТКРЫВАЕТ СТВОРКИ

Интервью с Иваном Ефимкиным, управляющим компании «Ковда»

 

Пигмалион:

- Где обитает, и как попадает к нам морской гребешок?

 

Иван Ефимкин:

- На сегодняшний день мы добываем гребешок в Баренцевом и Белом море, это происходит зимой и в летне-осенний период.

Уникальность этого промысла заключается в том, что в России остался всего один рыбоперерабатывающий завод, который делает эту работу в море. На  производстве заняты исключительно женщины, потому что только их иммунитет способен справиться с аллергеном, который выделяется при вскрытии гребешка. Створка открывается под воздействием пара, когда соляной раствор нагревается до температуры 89-93 градуса.

Гребешок – это моллюск с мускулом внутри раковины.

 

Пигмалион:

- Сколько лет живёт гребешок?

 

Иван Ефимкин:

- Семнадцать лет, до промыслового размера доходит в тринадцать.  

Особенности продукта заключаются в том, что гребешок больше всего содержит чистого белка, это сильный афродизиак – биостимулятор, полезный  для мужчин. Высокое содержание йода и цинка делают его очень полезным для организма.

Добыча, система отслеживания и контроля над уловом и общим запасом требует дополнительных затрат. Выполняем эту работу мы, совместно с Научно-исследовательским институтом. В этом, наверное, мы - единственные, кто делает анализ на наличие биотоксинов в продукте. Это очень важно, потому что морской гребешок питается как планктоном, так и «красными течениями», то есть водорослями, которые являются основным переносчиком радиации. Мониторинг даёт возможность отслеживать безопасность продукта для употребления в пищу человеком. Если в Европе это - общепринятая практика, и ранее мы образцы отправляли в Германию, то в России только недавно появилась лаборатория, которая способна выполнять такую работу. Для исследований измеряем квадрат промысла, и в каждом ежедневно берём пробу определённого размера, формируем банк данных и отправляем в лабораторию.

Пигмалион:

- Вкус гребешка будет разниться, в зависимости от его возраста?

 

Иван Ефимкин:

- Да, конечно, как и любое мясо. Когда вы покупаете телятину, она нежнее.

Гребешок меняет свою консистенцию до и после нереста. Перед нерестом он более рыхлый, потому что икра берет на себя основную массу, больше чем вес самого моллюска.

После нереста продукт получается плотнее, а вкус - слаще.

 

Пигмалион:

- Гребешки воспроизводятся в дикой среде?

Иван Ефимкин:

- Да. В любом случае нужно контролировать промысел и популяцию, нельзя использовать биоресурсы варварским путём.

Наш пароход – это трактор, мы выкидываем драгу в море, собираем моллюски, поднимаем и перерабатываем.  Воспроизводство происходит в период цветения, когда гребешок выпускает маленькие икриночки в открытую воду, которые оседают на дне или водорослях, благодаря чему образуются поселения. Сама их икра, она меньше икры летучей рыбы, микроскопические частицы. Растут они естественным образом, как обычный моллюск.  Часть погибает, что-то съедается морскими обитателями. Возраст гребешка определяется по кольцам на раковине. Допустимые размеры для промысла – не меньше 8 см.

 

Пигмалион:

- Как возник интерес, и почему Вы решили заняться именно этим бизнесом?

 

Иван Ефимкин:

- Гребешковый промысел в европейской части страны появился в1992 году.

В Мурманске базировалась крупная транспортная компания, которая в то время приобрела два норвежских «гребешколова».

После реорганизации предприятия в 2006 году, мы решили  сосредоточиться на этом направлении. Посчитали его уникальным. Отсутствие конкуренции тоже сделало свое дело.

Именно судно, построенное как гребешеолов, отличается принципом добычи и переработки. Уникальность состоит ещё в том, что в  России остался всего один такой пароход, называется он, как и компания «Ковда». Мы работаем драгой, это такая полусфера с обычной кольчугой, продукцию снимаем со дна.

 

Пигмалион:

- Как глубоко находится Ваша «продукция»?

 

Иван Ефимкин:

- На глубине от 40 до 80 метров. Свыше 150 метров скопление гребешка практически «нулевое».

 

Пигмалион:

- Есть у Вас конкуренты в естественной среде?

 

Иван Ефимкин:

- Крабы! Щёлкают их как орешки. Недавно для нас стало открытием, что гребешок мигрирует, мы думали, что это осёдлый вид. Поселение за год может сместиться на километр, наверное.

 

Пигмалион:

- Гребешок хорош для еды в какое время?

 

Иван Ефимкин:

- И в обед, и ужин – в любое время! Пять штук достаточно, чтобы надолго оказаться сытым. Основной регион потребления – Франция. Едят его там и в сыром виде, используя в качестве антисептика лимон.

 

Пигмалион:

- Французы как его называют?

 

Иван Ефимкин:

- Сан Жак.

 

Пигмалион:

- Дорого  питаться гребешками?

 

Иван Ефимкин:

- Промысел затратный, на сегодняшний день один килограмм филе стоит 1600 рублей.

По весу, в килограмме - 12 естественных тарелочек.

 

Пигмалион:

- Что для Вас самое важное в работе?

 

Иван Ефимкин:

- Сделать продукт доступным для российского потребителя. Двадцать лет его  у нас покупают в Европе, Америке. Последние пять лет мы тратим на то, чтобы продавать морской гребешок  в нашей стране. Биоресурсы принадлежат народу, поэтому и потреблять их должны именно мы, а не только европейцы.

В данном промысле есть и проблемные стороны. К сожалению, государство сократило финансирование науки. Для исследования  поселений и влияния промысла вынуждены сами снаряжать научный рейс и смотреть, сколько появилось «девочек», «мальчиков», ювентусов.

 

Пигмалион:

- Кого же больше?

 

Иван Ефимкин:

- Последние данные показали примерно одинаковое количество. Такая популяция радует. Различить их можно только по внутренней икре, она есть у тех, и у других.

У «мальчиков» она бледно-кремового цвета, у «девочек» – ярко-оранжевая.

 

Пигмалион:

- Для описания гребешка, какие подобрали бы краски и определения?

 

Иван Ефимкин:

- Я бы использовал оранжевый цвет. Он уникальный. Хотя цвет гребешка кремовый, но изредка встречаются оранжевые «альбиносы». Гребешок обладает огромным терпением, потому что растёт долго.

Даже отходы его очень полезны, хотя и составляют 90 %. После переработки ракушек получается порошок с очень высоким содержанием кальция, который усваивается на 75% больше, чем среди мировых аналогов.

Из мантии, одного из внутренних органов моллюска, вырабатывается средство, которое усиливает естественный иммунитет. Этот проект мы планируем развивать для нужд медицины и животноводства совместно с компанией «Гипрорыбфлот» в Санкт-Петербурге, где есть современная лаборатория.

 

Пигмалион:

- Самый любимый рецепт?

 

Иван Ефимкин:

- Очень простой. Я люблю гриль на углях. Очень люблю готовить его на оливковом масле, ракушку использовать как тарелочку, положив её на решётку. Предварительно надо нарезать зелёный лук - слайсами, перевернуть обжаренный «пятачок» на другую сторону, посыпать луком. Окунуть его в подготовленную заранее смесь перца и крупной соли, а если туда ещё влить сок лайма, и окунуть туда гребешок с лучком, и съесть!..

Поэтому  один из наших проектов – запустить на рынок продукт для барбекю, чтобы можно было легко самому приготовить морской гребешок.

 

© Текст, Пигмалион, 2017

 

 

 

НАСЛЕДНИК НОРВЕЖСКИХ КРАСОК *

 

 

 

- Молодцы норвежцы, не испугались… - сказал водитель Николай, поворачивая в извилистую узкую улочку при въезде в Царское Село, и конец фразы прозвучал невнятно.

 

Путь лежал на открытие в Ленинградской области производственных мощностей норвежского лакокрасочного предприятия.

 

Как делают краску?

 

И ту, в которую мы окунаем кисть, желая обновить подоконник в квартире.

И ту, что ложится на борт корабля, вернее, на его днище, реально бороздящее просторы океана, не на картинке.

И ту, что придаёт блеск и насыщенность кухонной панели вновь приобретённого гарнитура.

Как?

 

Пигмент, связующие, наполнители.

 

Кстати, для морских работ в неё добавляют медь, поэтому всё, что уходит под воду у корабля, обычно красного цвета – «как медь».

Когда-то, довольно давно, один молодой норвежский моряк, ходивший в море на китобойном судне мимо ледяных торосов родной страны, при приближении царапающих до глубоких шрамов борт, задумался совсем об ином промысле, чем предлагала рыбацкая жизнь.

Так, в 1926 году на свет появилось предприятие, ныне занимающее 9 место в мире по выпуску промышленных красок.

Название – Jotun относит к скандинавским богам, а брендом стал весёлый неугомонный пингвин, воплотивший весь набор ценностей корпорации: уважение к соплеменникам, взаимовыручку, тесную семейственность и дружбу детей и родителей, любопытство ко всему новому.

 

Поэтому обращение господина Ода Гледтиша-младшего, правнука основателя фирмы, председателя совета директоров Jotun с приветствием к собравшимся:

 

- Братья Пингвины! – не прозвучало удивительным.

 

Более того, на тёмно-синем морском, широком президентском галстуке не по-норвежски загорелого бизнесмена белые симпатичные пляшущие пингвинчики выглядели вполне уместно.

Уникальной была возможность задать несколько вопросов столь редкому гостю.

 

- Краской Вашей компании покрыта Эйфелева башня в Париже. Какое здание или сооружение Вам бы хотелось выкрасить в Санкт-Петербурге?

 

Господин Гледтиш сощурился, как бы вглядываясь в неразличимое пространство, - Петербург он посетил всего во второй раз, - и, будто перебирая мелькающий калейдоскопвпечатлений, … сказал:

 

- Какой-нибудь театр!

 

Какого цвета здания каких театров в нашем городе, и какому именно из них он оказал бы предпочтение?

Но раздумывать над этим особо некогда, времени на интервью катастрофически мало:

 

- На сайте Вашей компании много роликов,

где женщины со свежим маникюром, и в хорошей одежде красят старые столики и другие предметы интерьера, не используя перчаток и респираторов. Краски от Jotun так экологичны, что не требуют никаких средств защиты?

 

Он сурово покачал головой:

 

- Это относится к декоративным краскам,

на водной основе. Те технические краски, которые мы производим здесь, требуют соблюдения очень высокого уровня безопасности. Вы ходили на экскурсию по заводу?

 

Да, экскурсия была… очень необычной.

 

 

*От редакции: Печатается в сокращении. Полный текст  © "Наследник норвежских красок" будет опубликован в новом номере журнала "Пигмалион".

Comments are closed.